К 65-ЛЕТИЮ ВЕЛИКОЙ ПОБЕДЫ
Солдаты жизни
Военно‑медицинская статистика свидетельствует: из 22 миллионов 326 тысяч 905 раненых и больных рядовых и офицеров Красной армии и Военно‑морского флота в годы Великой Отечественной войны солдаты жизни возвратили в строй 17 миллионов 157 тысяч 243 воина. Это составило 76,9 % от их числа. Для сравнения: в годы Первой мировой войны в строй возвратились около половины отечественных раненых. Оценивая высокие результаты работы медиков в период Великой Отечественной, Маршал Советского Союза К. К. Рокоссовский отмечал: «…армии и отдельные соединения пополнялись в основном солдатами и офицерами, вернувшимися после излечения из фронтовых, армейских госпиталей и медсанбатов. Поистине наши медики были тружениками-героями. Они делали всё, чтобы поставить раненых на ноги, дать им возможность снова вернуться в строй. Нижайший поклон им за их заботу и доброту».
Медицинская помощь раненым начиналась с поля боя, продолжалась в батальонных и полковых медицинских пунктах. При необходимости их эвакуировали в дивизионные медицинские пункты для получения квалифицированного хирургического и терапевтического лечения. Тяжелораненых и больных, нуждавшихся в сложном восстановительном лечении, направляли в тыл страны, где была развёрнута мощная госпитальная база. Получали медицинскую помощь и действующие в тылу врага партизаны и подпольщики.
В лечении раненых и больных воинов на фронте и в тылу участвовали свыше 200 тысяч врачей и почти 500 тысяч средних медицинских работников. Женщины среди врачей всех специальностей составляли 44 %, среди фельдшеров — 52 %. Но медиков не хватало. В начале войны корпус врачей был укомплектован на 77 %, фельдшерами Красная армия была укомплектована на 63,7 %, фармацевтами — на 58,9 %. Недостаток медиков постепенно ликвидировался. Уже через год средняя укомплектованность медицинской службы Красной армии достигла по врачам 91 %, фельдшерам — 97,9 %, операционным сёстрам — 88,9 %, санинструкторам — 91,8 %, фармацевтам — 89,5 %. И далее продолжала расти.
Особенно чувствовался в течение всей войны недостаток хирургов, причины тому — объективные. По выражению великого русского хирурга Н. И. Пирогова, война — «травматическая эпидемия». Подтверждение тому следующие цифры. Среди поступивших поражённых в боях воинов — 84 % и больных — 16 % раненые составили 79,9 %, контуженные — 1,3 %, обмороженные — 2,5 % и обожжённые — 0,3 %. Для победы такой «эпидемии» необходим, прежде всего, врач‑хирург. Задача эта решалась несколькими путями: пополнением молодыми специалистами, переподготовкой врачей других специальностей, повышением уровня профессионализма и, конечно, работы по принципу «сколько надо», что предполагало необыкновенную самоотдачу врача со скальпелем.
Среди воинов жизни находился цвет советской медицины: медицинская служба Красной армии насчитывала 5 академиков, 22 заслуженных деятелей науки, 275 профессоров, 308 докторов и около 2000 кандидатов медицинских наук. Военно‑морского флота — 84 доктора и 133 кандидата медицинских наук. Ни одна армия в мире не имела такого количества учёных, академиков, профессоров, работавших непосредственно на фронтах, как отечественные Вооружённые силы. Все ключевые позиции в управлении медицинской службой фронтов, армий, флотов занимали крупнейшие учёные — специалисты по основным разделам медицины.
Ведущие медики в действующей армии работали в качестве хирургов, терапевтов, инфекционистов, эпидемиологов и т. д. Они обобщали опыт работы фронтовых врачей и лечебных учреждений, вели научные исследования. По их инициативе уже в начале 1942 года стали создаваться специализированные госпитали: общехирургические, челюстно-лицевые, для лечения ранений в грудную клетку и брюшную полость, терапевтические, инфекционные. Это позволило увеличить долю выздоравливающих и снизить смертность.
Главным хирургом Красной армии был выдающийся представитель отечественной медицинской науки Н. Н. Бурденко, академик, генерал-полковник медицинской службы. Он приобрёл громадный опыт лечения раненых ещё на фронтах Первой мировой войны. В Великую Отечественную часто выезжал на фронт, оперировал в медсанбатах, в полевых госпиталях, на его счету тысячи сложных операций. Разработал учение о лечении огнестрельных ран, профилактике и лечении травматологического шока, заложил основы нейрохирургии.
Руководивший хирургией Резервного фронта замечательный учёный А. Н. Бакулев создал Институт сердечно-сосудистой хирургии. О высочайшем профессионализме Бакулева-врача говорит такой факт. В связи с его 70-летием коллектив института преподнес юбиляру золотой скальпель с надписью «Мастеру хирургии А. Н. Бакулеву». Сотрудники клиники подарили ему модель сердца из серебра со словами «Дорогому Александру Бакулеву от всего сердца».
Выдающийся советский учёный, хирург широкого профиля, академик, с 1965 года министр здравоохранения СССР Б. В. Петровский с первых дней войны работал ведущим хирургом ряда полевых госпиталей. В напряжённые дни боёв ему приходилось проводить по 20 операций в сутки. За годы войны существенно обогатил военно-полевую медицину методикой лечения огнестрельных ранений крупных сосудов. Он лично прооперировал 496 воинов, получивших в боях повреждения крупных кровеносных сосудов. За 48 лет трудовой деятельности Петровский произвёл более 20 000 операций, из них свыше 1000 — на сердце и магистральных сосудах.
И таких мастеров хирургии в нашей армии было немало.
Один из основоположников кардиологии А. Л. Мясников возглавлял терапевтическую службу в Военно‑морском флоте. Часто бывал на кораблях. В период блокады Ленинграда находился в городе, разрабатывал проблемы военной патологии. Его труды в сфере кардиологии принесли ему мировую известность.
Начальник Главного военно-санитарного управления Наркомата обороны Е. И. Смирнов — выдающийся учёный, теоретик и организатор советского здравоохранения и военной медицины. Многое сделал для совершенствования всей системы медицинской службы Красной армии. Впервые научно сформулировал принципы единой военно-полевой доктрины.
Велики заслуги в лечении воинов Красной армии профессоров-хирургов Д. А. Арапова, С. С. Гирголова, И. И. Джанелидзе, П. А. Куприянова, В. С. Левита, В. Н. Шамова; терапевтов — академика Л. А. Орбели, профессора М. С. Вовси; академика-патологоанатома А. И. Абрикосова; профессоров — эпидемиолога Т. Е. Болдырева, гигиениста Ф. Г. Кроткова, инфекциониста И. Д. Ионина и многих, многих других крупных представителей отечественной медицины. Большинство из этих профессоров стали действительными и членами-корреспондентами учреждённой в 1944 году Академии медицинских наук СССР.
На разных этапах лечения раненых и больных воинов их здоровье восстанавливали военные медики высокого долга и профессиональной добросовестности. На протяжении всей войны основное внимание войсковая медицина уделяла своевременному выносу тяжелораненых с поля боя. Товарищеская выручка всегда являлась священной традицией русских воинов. Не щадя своей жизни, они выносили раненых товарищей в суровых походах через Альпы, под редутами Бородина, возле фортов осаждённого Севастополя. Несли их на спинах, на носилках, сложенных из ружей. Несли, не оставляя товарищей на произвол судьбы.
Традиция эта особенно проявилась в Красной армии и была законодательно закреплена в приказе наркома обороны Сталина № 284 от 23 августа 1941 года. В нём сказано: за вынос с поля боя 15 раненых с их винтовками или ручными пулемётами представлять к правительственной награде медалью «За боевые заслуги» или «За отвагу», 25 раненых — к награде орденом Красной Звезды, 40 раненых — к награде орденом Красного Знамени, 80 раненых — орденом Ленина каждого санитара и носильщика. Так труд военных санитаров и носильщиков был приравнен к боевому подвигу.
Вынос раненого с поля боя представлял тяжёлую работу; таскали раненых на плащ-палатках, на своих плечах, под пулемётным огнем, под снарядами и минами. От санитара требовалось умение искусно пользоваться местностью, лёжа оказывать первую помощь. Боец-санитар был первым, кто проявлял заботу о раненом, судьба которого во многом зависела от срока и качества наложения первой повязки с момента ранения. Одним своим появлением он отгонял нередко возникающую у раненого мысль об обречённости. Оказание помощи военными санитарами было сопряжено с большой опасностью, нередки были случаи, когда медик закрывал своим телом раненого от вражеской пули или осколков, жертвуя жизнью. Немало санитаров погибло от снарядов и пуль, а также отбивая нападения гитлеровцев на медицинские пункты.
Во время оборонительных боёв за Москву военфельдшер Мария Фёдоровна Распертова оказала медицинскую помощь и вынесла с поля боя более 100 раненых и сама была тяжело ранена. Награждена орденом Ленина. Медсестра Валентина Георгиевна Разуваева-Чебор участвовала в боях на ближних подступах к Ленинграду, пережила блокаду. За 4 года войны вынесла с поля боя 512 тяжелораненых, из них 368 с оружием. Спасая жизнь другим, получила 5 ранений, лишилась правого легкого, почки, но осталась в строю. Награждена орденами Ленина, Красной Звезды, несколькими медалями. Командир санитарного взвода стрелкового батальона Григорий Афанасьевич Патрушев с начала войны в действующей армии. Под огнём противника вынес с поля боя более 200 тяжелораненых воинов с их оружием. Отмечен орденами Отечественной войны I и II степени, Красной Звезды, 8 медалями. Военфельдшер кавалерийского полка Николай Якупович Якупов при форсировании Днепра под непрерывным обстрелом и бомбёжками сделал 27 рейсов в лодке с ранеными и спас жизнь 74 бойцам и офицерам. Удостоен звания Героя Советского Союза. Список этот можно продолжать и продолжать.
Довольно часто санитарам приходилось выполнять свой профессиональный долг, используя оружие. Санинструктор стрелковой роты Валерия Осиповна Гнаровская 23 сентября 1943 года в жестоком бою в районе села Вербовое Запорожской области вынесла с поля боя 47 раненых бойцов и офицеров. Когда враг прорвал нашу оборону, пришлось отражать его атаку, лично уничтожила 28 немецких солдат. Один танк, ведя огонь из пушки и пулемётов, двигался на перевязочный пункт. Спасая тяжелораненых, героиня со связкой гранат бросилась под танк и подорвала его. Так закончился последний в её жизни бой, бой за жизнь. Её подвиг отмечен присвоением звания Героя Советского Союза.
Санинструктор штурмовой роты морской пехоты Евгения Филипповна Дерюгина отличилась в боях за Севастополь. В период обороны города вынесла с поля боя более 100 раненых. Во время наступления участвовала в штурме Сапун‑горы в начале мая 1944 года, спасла жизнь 80 воинам, погибла, перевязывая раненого матроса. Подвиг Дерюгиной художник увековечил на огромном полотне диорамы «Штурм Сапун‑горы», изобразив её и как бойца, и как солдата жизни: среди штурмующих моряков во время оказания помощи раненому.
В напряжённейшей, связанной с постоянной опасностью обстановке лечили медики раненых во фронтовых медпунктах и госпиталях. 64-й полевой подвижной госпиталь 6-й армии Юго-Западного фронта за три месяца — с июля по сентябрь 1941 года 19 раз менял дислокацию. И только в 10 пунктах сумел организовать медицинскую помощь. За это время госпиталь 6 раз бомбили, неоднократно обстреливала артиллерия противника. Тем не менее благодаря самоотверженным действиям личного состава медицинскую помощь получили 17 500 раненых и больных.
Во время боёв в районе Старой Руссы осенью 1941 года было много раненых. Оперировали круглые сутки. Палаток не хватало, пилили лес и строили шалаши на 100 человек каждый. Холодно, дождь, под ногами хлюпает вода, а невдалеке идёт бой, от разрывающихся рядом снарядов противника шалаши содрогаются. В течение 5 суток ни один врач, ни один санитар не снимал насквозь промокшей одежды. Ели стоя, на ходу, спали по 2–3 часа в сутки, приткнувшись где кто мог. А сколько было таких напряжённых дней за войну. И сколько врачей, фельдшеров, медсестёр преодолевали эти невзгоды, трудности. Преодолевали ради жизни воинов. Сами став воинами жизни.
Врачи героически обороняющегося 250 дней Севастополя организовали лечение раненых и больных воинов в госпиталях под землёй, надёжно укрытых от снарядов и бомб. Расположили их в Инкермановских штольнях, в подвалах Шампаньстроя, в естественных укрытиях в горах. Лишь в госпитале Шампаньстроя можно было разместить 2000 раненых. Вот как Военный совет Приморской армии охарактеризовал самоотверженную работу военных медиков Севастополя: «Несмотря на полную изоляцию севастопольского гарнизона, подавляющее большинство раненых всё же удалось вывезти и эвакуировать в тыл страны. Личный состав санитарной службы армии, верный своему долгу и присяге, оставаясь до конца, погиб почти полностью…»
Эвакуация раненых и больных морем в 1941–1943 годах проводилась на всём Черноморском театре военных действий, чему всячески противодействовал враг. Суда нередко подвергались массированным бомбардировкам, нападению подлодок противника, артиллерийскому обстрелу, постоянной минной опасности. Показателен в этом отношении санитарный транспорт «Львов» (начальник С. Н. Лещинский), за полтора года совершивший 125 рейсов и эвакуировавший 12 тысяч раненых и больных. За это время его трижды атаковали немецкие подлодки, дважды — торпедные катера, шесть раз он подвергался обстрелу артиллерии… Не все суда сохранились. Из 70 судов Черноморского флота, перевозивших раненых и больных, за три года погибло 34.
А ведь на таких судах проводились первичная хирургическая обработка ран, перевязки, иммобилизации (фиксация сломанных костей), включая гипсовые повязки, борьба с шоком, окончательная остановка кровотечений, переливание крови. Другими словами, оказывалась квалифицированная медицинская помощь. Несмотря ни на какие трудности, около 400 тысяч бойцов и командиров удалось морем доставить в тыл.
В пределах театра военных действий оказались госпитали в блокадном Ленинграде. Они остались без электрического освещения, воды, топлива.
И всё же медицинская служба фронта выстояла, сумела организовать вполне удовлетворительное лечение раненых и больных. В результате лишь в период полной блокады города из 665 тысяч раненых и больных совместными усилиями медиков Ленинградского фронта и города в строй возвратились 437 тысяч воинов, или 65,7 %. Этого хватило для укомплектования 24 18-тысячных дивизий военного времени. Десятки тысяч раненых и больных воинов, нуждавшихся в длительном лечении, были эвакуированы по созданной в сентябре 1941 года Дороге жизни.
Условия оборонительных боёв в Сталинграде создавали свои сложности и требовали особой организации медицинской помощи. Все госпитали и армейские лечебные учреждения пришлось переправить на левый берег Волги и развернуть в Заволжье. Многие из них непрерывно обстреливались артиллерией и миномётами противника. В Сталинграде и его южных окраинах остались только медицинские пункты частей и соединений, а также отдельные армейские полевые подвижные госпитали. Размещались они обычно в землянках, блиндажах, подвалах и развалинах зданий вблизи места боёв. Медицинская помощь оказывалась здесь при свете керосиновых ламп и светильников, сделанных из снарядных гильз. Объём её ограничивался выполнением неотложных мер.
Переправлять раненых и больных на левый берег можно было только ночью на судах Волжской речной флотилии, лодках, баржах, бронекатерах и по штурмовому мостику на санитарных носилках, которые находились под постоянным огнём противника. Только за один день у причала переправы «Овраг Банный» фашисты сбросили 100 авиабомб, выпустили 130 мин и 120 артиллерийских снарядов. Особенно донимали речников электромагнитные и акустические мины большой взрывной силы, которыми немцы буквально нашпиговали реку.
В докладе начальнику Главного военно-санитарного управления по прямому проводу руководства Военно-санитарного управления Сталинградского фронта от 30 сентября 1942 года отмечалось: «Неоднократные попытки бронекатеров подойти к берегу в ночь с 28 на 29 сентября не увенчались успехом. Ночью полевой подвижной госпиталь № 689 подвергся сильному миномётному обстрелу, были жертвы. В это же время и в этом же районе 112-й медико-санитарный батальон имел много потерь от прямого попадания бомб в перевязочную. Жертвы уточняются. Наша работа в районе действий 62-й армии ежедневно сопровождается потерями медицинского состава и перевязочных средств. Несмотря на жертвы, мы продолжаем работать с ещё большей энергией».
От мин, снарядов, авиабомб речники потеряли 335 судов, среди них немало было санитарных с большими красными крестами. Однако немецкие лётчики преследовали и старались уничтожить их в первую очередь, что было проявлением звериного облика фашизма. Тем не менее за время битвы на Волге речники перевезли более миллиона человек и среди них большое число раненых.
Громадную работу военные медики провели с созданием коренного перелома в ходе войны, переходом Красной армии в стратегическое наступление. Началась массовая реэвакуация госпиталей с востока на запад. Требовалось немедленно приступить к созданию армейских госпитальных баз, обеспечивающих наступательные операции наших войск. Многие госпитали прибывали с некомплектом врачей. Немало трудностей было с размещением госпиталей в местах, где уже прошёлся огненный вал войны и оставил после себя выжженную землю. Все эти трудности медики преодолели. Они сумели основную хирургическую работу перенести в дивизионные медицинские пункты и передовые передвижные хирургические госпитали. Фронтовые специализированные госпитали обеспечивали своевременное и квалифицированное лечение раненых бойцов и командиров.
Много изобретательности, героизма и самопожертвования проявили медики партизанских отрядов и подпольщики, особенно в Белоруссии, ряде областей РСФСР, на Украине. В партизанских соединениях Белоруссии трудилось 570 врачей и 2095 средних медицинских работников, больше чем в какой-либо другой оккупированной республике и области. В крупных отрядах оборудовали лазареты — «санитарную землянку», готовую к быстрому перемещению. Если отряд часто менял место дислокации и вёл маневренный образ действий, медики организовывали подвижной лазарет на повозках, зимой — на санях. Медицинские процедуры и перевязки выполнялись во время остановок для кратковременного отдыха личного состава и для ночлега. Нуждавшиеся в стационарном лечении под видом местных жителей размещались в гражданских больницах. Там, где такая возможность отсутствовала, раненых и больных партизан доставляли на заранее подготовленные конспиративные квартиры местных жителей — подпольщиков.
Вскоре в глубине «партизанского края», территория которого полностью контролировалась партизанами, стали создавать подвижные госпитали на 50–100 мест. В них медики оказывали квалифицированную хирургическую и терапевтическую помощь и госпитальное лечение. Те, кто нуждался в специализированном и длительном лечении, переправлялись за линию фронта.
В результате оккупации в Белоруссии сложились труднейшие санитарно-бытовые условия, большинство городов, тысячи деревень и сёл были разрушены и сожжены, существовавшую систему здравоохранения захватчики полностью ликвидировали. Только медицинская служба партизанских формирований могла оказать и действительно оказывала лечебную помощь гражданскому населению. Так, за врачами партизанских отрядов «Народные мстители» Плещинского района Минской области были закреплены определённые населённые пункты для обслуживания населения. Только в 1943 году они оказали медицинскую помощь более чем 2000 больных. Брестские партизанские соединения в подконтрольных зонах для лечения местного населения сумели создать три больницы и одну амбулаторию. Данные Белорусского штаба партизанского движения говорят: «…медицинские работники партизанских формирований на оккупированной территории Белоруссии оказали лечебную помощь 135 тысячам гражданских жителей».
В борьбе против населения Белоруссии оккупанты прибегли к такому варварскому средству, как распространение эпидемии сыпного тифа. Они размещали сыпнотифозных больных по населённым пунктам. В результате население многих деревень оказалось почти поголовно поражённым этим заразным заболеванием. Инфекция была занесена и в партизанские формирования. Но партизанские медики оказались на высоте. Под их руководством строили землянки-изоляторы, оборудовали изоляторы в крестьянских избах, построили бани для мытья населения, для дезинфекции одежды оборудовали примитивные дезкамеры. Всё это дало результаты, сыпной тиф в основе был побеждён.
Далеко не все белорусские медики дожили до освобождения республики. Многие из них погибли в боях или были замучены и казнены нацистами.
Профессор Е. В. Клумов во время оккупации Минска пролечил многих раненых партизан в 3-й клинической больнице города. Он фактически обслуживал 4 партизанских отряда, передал народным мстителям много медикаментов, в том числе в район озера Палик в партизанскую бригаду «дяди Коли». Гестаповцы выследили его, осенью 1943 года арестовали вместе с женой Галиной Николаевной и заточили в тюрьму. Оккупанты предлагали работать на них. В ответ твёрдое «нет». Их отправили в лагерь смерти Тростенец, где в марте 1944 года обоих умертвили в газовой камере. Профессор Клумов посмертно был удостоен звания Героя Советского Союза.
Клумовы не единственные. Белорусский врач-подпольщик И. И. Соснин вместе со своей дочерью Ниной был сожжён во время оперирования партизана на конспиративной квартире. Зверски были замучены фашистами профессор П. М. Буко, врач Ф. М. Михайлов и медицинская сестра-подпольщица М. Т. Кисляк. Погибли в бою или после глумлений были казнены питомцы Военно‑морской академии имени С. М. Кирова врачи партизанских отрядов и врачи-подпольщики Л. Ф. Голенкин, Н. И. Колосов, В. М. Крикунов, П. П. Петров и многие другие.
Медсестра-подпольщица в Минске В. Ф. Рубец в 1941 году организовала побег раненых военнопленных советских солдат, находившихся во 2-й клинической больнице города. Неспособных ходить разместила у себя дома и, вылечив их, направила в партизанский отряд. С немалыми трудностями поставляла партизанам медикаменты и перевязочные средства. Гестапо дважды арестовывало её, подвергало нечеловеческим пыткам и истязаниям и в конце концов в начале ноября 1943 года фашисты её расстреляли. Посмертно награждена орденом Ленина. Подпольщица Галя Аржанова, работавшая в аптеке города Бреста, была казнена гитлеровцами за передачу партизанам медикаментов.
Исключительно смело и находчиво действовала разведчица и медсестра партизанского отряда «Буря» минчанка Надежда Троян. Она установила связь с минским подпольем и вместе с подпольщицами Еленой Мазаник и Маркой Осиповой сумела уничтожить гитлеровского наместника в Белоруссии фон Кубе. Им всем было присвоено звание Героя Советского Союза. После войны Троян окончила медицинский институт, защитила кандидатскую диссертацию.
Огромную работу по лечению раненых и больных воинов провели в тылу страны медики эвакогоспиталей, которые стали развёртываться уже в первые дни войны. Они формировались органами Наркомздрава, Наркомата обороны и профсоюзами. Бо´льшая часть этих госпиталей находилась в ведении Наркомздрава. Важнейшей задачей госпитальных баз тыла страны являлось лечение тяжелораненых, специализированное лечение на основе всестороннего обследования. Всего за годы войны органами гражданского здравоохранения было развёрнуто для нужд армии и флота 2990 эвакогоспиталей на 1 340 400 коек. Если в первое время они были двух видов — хирургические и терапевтические, то с 1942 года стали создаваться узкоспециализированные лечебные учреждения. Результат дал себя знать: доля возвратившихся в строй повысилась, летальность сократилась.
Выдающийся вклад военных медиков в нашу Победу был достигнут самой высокой ценой — многими тысячами жизней врачей, фельдшеров, санитаров действующей армии. Молох войны не щадил никого. Враг варварски растоптал гуманитарные права на войне, под защиту которых подпадали жертвы войны и медицинский персонал. Гитлеровцы ввели в норму обстрелы и бомбардировки медицинских учреждений, военно-санитарных поездов, судов, транспортов, перевозивших раненых и больных, пытки, издевательства и расстрелы медиков. В результате медицинский корпус в годы войны потерял
210 601 человека, в том числе безвозвратно 84 793 человека. Наибольшие потери понесло младшее звено медицинской службы, представители которого работали непосредственно на поле боя или вблизи него. Их доля составила 88,2 % от общего числа боевых потерь медиков.
Подвиг медиков в годы Великой Отечественной высоко отмечен государством. 47 их лучших представителей были удостоены звания Героя Советского Союза, в том числе 20 посмертно. Академики Н. Н. Бурденко, А. А. Богомолец, А. Н. Бах, А. И. Абрикосов, Б. И. Збарский, И. И. Джанелидзе и Л. А. Орбели стали Героями Социалистического Труда. Восемнадцать представителей младшего и среднего звена медицинской службы были удостоены солдатского ордена Славы трёх степеней. Тринадцати врачам — руководителям медицинской службы вручены полководческие ордена.
В целом свыше 116 тысяч военных и свыше 30 тысяч гражданских медиков отмечены государственными наградами, 8 медико-санитарных батальонов и 39 военных госпиталей награждены орденами.
Так страна оценила выдающийся вклад отечественных медиков в победу наших Вооружённых сил над фашистской Германией. Вклад, без которого невозможна была бы Великая Победа.
Виктор САПРЫКОВ
+++
