ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УРОВЕНЬ
Куда и почему «спешит» Таможенный союз?
Скорейшая интеграция в рамках Единого экономического пространства даст осязаемые конкретные выгоды Беларуси, Казахстану и России
С 1 января 2010 года начали раскрутку механизмы Таможенного союза (ТС) Беларуси, Казахстана и России. Осуществляется введение единого таможенного тарифа, одних для всех правил нетарифного регулирования, включая единый порядок оформления лицензий и ограничений во внешней торговле. С 1 июля текущего года будет введён в действие Таможенный кодекс и отменено таможенное оформление на внутренних границах. Начнётся перенос различных видов госконтроля на внешнюю границу «тройки». Будет также обеспечено проведение ряда других немаловажных мероприятий, которые в итоге к началу 2012 года приведут к созданию Единого экономического пространства (ЕЭП) в границах трёх государств. Но хотя высшие решения на этот счёт уже приняты и реализация их началась, продолжают высказываться мнения не только в «сомнительности» намеченных планов, но и вообще в «нужности» ТС в преддверии вступления трёх стран в ВТО. В определённой степени испугались новой геополитической структуры на постсоветском пространстве и на Западе. Журнал «Союзное государство» попросил высказаться по обозначенной проблематике Ответственного секретаря Таможенной комиссии Таможенного союза Сергея ГЛАЗЬЕВА.
- Сергей Юрьевич, хотя планы по формированию ТС не были секретом и работа по их реализации велась совершенно открыто, под пристальным вниманием СМИ, ряд небезызвестных политических и общественных деятелей, видных экономистов, как в нашей стране, так и за рубежом, и после старта механизмов ТС с 1 января этого года продолжает критику принятых решений и планов. Каково ваше отношение к этому?
— Продолжающаяся, несмотря на принятые политические решения, дискуссия по данным вопросам требует, по-видимому, многократного повторения очевидных аргументов в защиту реализуемых сегодня планов экономической интеграции государств Евразийского Экономического Сообщества — ЕврАзЭС (помимо Беларуси, Казахстана и России в эту организацию входят также Киргизия, Таджикистан и Узбекистан. — «СГ»).
Во-первых, нельзя не видеть, что нынче весь мир движется по пути к созданию мощных региональных союзов, ибо только они могут выжить в конкурентной борьбе. Буквально через несколько лет мы станем свидетелями организации торгово-экономических отношений и связей не столько между странами, сколько между крупными региональными группировками, каждая из которых будет стремиться доступными ей способами накачать мускулы и стать весомым игроком, с которым не смогут не считаться другие. Конкуренция будет вестись между ЕС,
НАФТА (Североамериканская зона свободной торговли), Меркосуром (Таможенный союз ряда государств Южной Америки), постсоветским ЕврАзЭС, а также Индией, Китаем и Японией, которые создают зону свободной торговли в Юго-Восточной Азии.
Во-вторых, что касается собственно таможенной «тройки» в составе ЕврАзЭС, то, видимо, аргументацию в пользу её таможенного объединения до´лжно начать с очевидных исторических истин. Ведь при СССР у нас уже было единое экономическое пространство в границах 15 союзных республик. При этом очевидно, что экономика Страны Советов не была примитивной — по структуре производимой продукции она соответствовала уровню развитых стран по многим ключевым показателям. Напомню также, что ни одна из союзных республик, включая РСФСР, не была самодостаточной — производимая продукция изготавливалась с использованием сырья и комплектующих, поставляемых из других республик.
Целостность и единство экономического пространства СССР опровергает часто высказываемые сомнения об искусственности процессов экономической интеграции на постсоветском пространстве из-за разного уровня экономического развития государств. Конечно, за годы, прошедшие после распада могучей страны, экономики бывших союзных республик изрядно деградировали. Но степень этого падения была пропорциональна сложности имевшихся производств. Наибольшие потери в высокотехнологических областях промышленности понесла Российская Федерация, фактически сравнявшись по доле сырья, металлов и энергоносителей в экспорте с Казахстаном. Поэтому, если аргумент об однородности и одноуровневости экономик интегрируемых государств имеет какой-то экономический смысл, то следует признать следующее: по сравнению с советским периодом бывшие союзные республики по этим критериям приблизились друг к другу и, согласно этой логике, стали более интегрируемыми.
Но на самом деле процессы экономической интеграции объясняются куда более сложными причинами, чем расхожие представления о значении близкого уровня экономического развития. Достаточно обратиться к экономической географии, чтобы убедиться в том, что единое экономическое пространство любой страны состоит из разных по уровню экономического развития территорий, дополняющих друг друга в соответствии со сложившейся специализацией и кооперацией производства. То же касается любых территориальных экономических образований — от городов до мировых империй. И наоборот, близкие по уровню экономического развития страны обычно выступают конкурентами по производству одинаковых видов продукции, отгораживаясь друг от друга таможенными барьерами и прибегая к различным защитным мерам. Именно между близкими по уровню развития странами то и дело вспыхивают торговые войны, которых никогда не бывает между производителями готовой продукции и поставщиками сырья.
Государства ЕврАзЭС, объединяющиеся в Таможенный союз, связаны веками сложившимися кооперационными узами. Их экономики дополняют друг друга и фактически объединены множеством единых воспроизводственных контуров. Скажем, ни для кого не секрет, что в стоимости готовой белорусской продукции около половины приходится на комплектующие и материалы из России.
Сегодня, когда Россия и другие государства Евразийского экономического сообщества стремятся перейти на инновационный путь развития, вырваться из зависимого положения доноров сырьевых ресурсов, вернуться в мир развитых стран с высокотехнологическими производствами и диверсифицированной экономикой, восстановление единого экономического пространства и устранение пограничных барьеров на пути развития кооперации и специализации производства является объективной необходимостью.
Кстати, важность сохранения ЕЭП всегда осознавалась хозяйственниками и руководителями постсоветских государств. Все помнят, что «разъезд» СССР по «национальным квартирам» одновременно сопровождался попыткой создания экономического союза. Но договор о формировании последнего остался нереализованным из-за набравших силу центробежных тенденций радикального национализма и начавшимися процессами приватизации собственности и перераспределением сырьевых ресурсов на экспорт. Впрочем, удалось избежать введения импортных пошлин и подписать соглашения о свободной торговле между всеми государствами СНГ на двусторонней основе.
— Столько лет поступательное движение было, извините, черепашьим — и вдруг такой прорыв. Даже критики планов ТС вынуждены признать, что он создан не только на бумаге, его механизмы реально начали вращаться и, судя по официальным заявлениям, набирают обороты. Чем это объясняется?
— В определённой степени этому поспособствовал глобальный экономический кризис. И впечатляющая скорость формирования ТС в последние годы после длительного периода пробуксовки интеграционных процессов объясняется насущной необходимостью повышения устойчивости и эффективности экономики государств-членов в условиях этого кризиса.
Но, конечно, дело не только в этом. Сегодняшняя активизация интеграционных процессов в рамках ЕврАзЭС является частью политики экономического развития, ориентированной на выход из сырьевой ловушки на путь инновационной экономики. За два последних года в этом направлении проделана колоссальная работа, создана договорно-правовая база Таможенного союза ЕврАзЭС. Его формирование является фундаментом для построения Единого экономического пространства «тройки», которое планируется завершить к концу 2011 года.
— Расхожим аргументом критиков формирования ТС и ЕЭП в рамках ЕврАзЭС является, как некоторым кажется, как раз эта «немыслимая» скорость интеграционных процессов. Вот, мол, Евросоюз, который к настоящему времени является единственным успешным примером формирования регионального экономического сообщества, формировался десятилетиями, а ЕЭП «тройки» будет создано за два года.
— В самом деле, путь к ЕС занял у европейцев почти полвека! При этом от момента создания их Таможенного союза до построения их ЕЭП прошло более полутора десятилетий. На этом основании и делается вывод об излишней поспешности формирования нашего Таможенного союза и нашего ЕЭП в рамках ЕврАзЭС.
В действительности же между ЕС и ЕврАзЭС есть принципиальные объективные исторические и экономические различия, которые не позволяют использовать опыт Евросоюза в качестве лекала для интеграции постсоветского экономического пространства. Самое существенное и очевидное из них заключается в том, что, в отличие от ЕС, экономика ЕврАзЭС формировалась как единый народнохозяйственный комплекс в рамках одного государства, каковым являлся СССР. Если европейские государства веками конкурировали и воевали друг с другом, то экономики государств ЕврАзЭС в течение последних двух столетий дополняли и поддерживали друг друга, а в советский период вообще развивались как единое целое.
В отношении ЕврАзЭС правильнее говорить не о формировании, а о восстановлении ЕЭП, хотя и на принципиально новой платформе рыночной экономики. Соответственно и скорость этого процесса может быть намного выше, так как преодолеваемые препятствия носят не столько объективный, сколько субъективный характер. Главными из них являются интересы части национальной бюрократии лишающихся суверенной самостоятельности ведомств и монополий, стремящихся к ограничению конкуренции. Поэтому достаточно было политической воли глав государств, чтобы процесс интеграции был сдвинут с мёртвой точки и запущен с резким ускорением.
— Что даст ТС Беларуси, Казахстану и России в перспективе?
— После двух десятилетий распада и деградации появление регионального Таможенного союза на постсоветском пространстве — важнейшее геополитическое достижение, дающее конкретные выгоды экономикам интегрируемых государств. Восстановление производственной кооперации за счёт отказа от таможенных барьеров оживит и выведет на качественно новый уровень ранее сложившиеся хозяйственные связи. Создание ТС означает существенное снижение издержек, расширение масштабов производства и повышение конкурентоспособности объединяющихся в единую таможенную территорию национальных экономик.
По расчётам учёных Института народнохозяйственного прогнозирования РАН, суммарный интеграционный эффект, измеряемый дополнительным производством валового внутреннего продукта, к 2015 году составит примерно 400 млрд. долл. Государства — участники ТС за счёт интеграционного фактора получат дополнительно около 15 % прироста ВВП к 2015 году.
— Эти расчёты делались до или во время глобального экономического кризиса?
— До. Но очевидно, что по отношению к нынешнему уровню ВВП прирост «тройки» в результате интеграционных процессов будет ещё больше.
Замечу, есть и другие оценки — наших коллег, скажем, в экономических институтах в Киеве, Минске. Они дают примерно сходные результаты. Речь идёт о возможностях повышения в среднесрочной перспективе темпов экономического роста в 1,5–2 раза за счёт восстановления кооперационных связей и общего экономического пространства.
Таможенный союз выгоден всем его участникам. Формирование единой таможенной территории создаёт условия для восстановления научно-технического и производственного потенциалов предприятий, выпускающих продукцию с высокой добавленной стоимостью.
Это понятно и по здравому смыслу. К примеру, — ещё раз это повторю, — в любом сложном белорусском изделии около половины стоимости составляет российская комплектация. Аналогичным образом во многих российских машинах и оборудовании присутствуют белорусские комплектующие и казахстанские материалы. Поэтому снижение издержек производственной кооперации благодаря устранению таможенных, торговых и технических барьеров повышает конкурентоспособность и способствует экономическому росту всех государств-участников. Более половины времени, затрачиваемого на транспортировку товаров, расходуется в транспортных очередях при пересечении таможенной границы. Её устранение существенно облегчает кооперацию производства, при которой сложное изделие по нескольку раз пересекает российско-белорусскую границу. Для предприятий Казахстана устранение таможенной границы с Россией существенно облегчает доступ к российскому рынку и облегчает кооперацию с российскими и белорусскими предприятиями.
Создание Таможенного союза, таким образом, означает существенное снижение издержек при совместном производстве товаров, повышение конкурентоспособности и расширение рынков сбыта.
Что же до «индивидуальных» выгод России… Результаты вариантных расчётов макроструктурной межотраслевой модели показали, что страновая ориентация внешнеторговой политики Москвы оказывает существенное влияние на динамику российской экономики. Усиление направленности экономической политики РФ на всемерное развитие экономической интеграции со странами СНГ является важным дополнительным фактором экономического роста и создаёт значительные дополнительные возможности для преодоления сложившейся топливно-сырьевой направленности российской экономики. Ускорение развития обрабатывающих отраслей промышленности России, продукция которых, как правило, неконкурентоспособна на западных рынках, возможно лишь при условиях форсированного создания общего внутреннего рынка на постсоветском пространстве.
Кроме того, для наших граждан ТС с Беларусью и Казахстаном существенно облегчит трансграничные связи. Людям не придётся заполнять ворох таможенных документов, тратить время и силы на таможенной границе.
— «Светлое завтра» ТС в ваших устах, Сергей Юрьевич, представляется довольно оптимистичным. Но ведь наверняка на пути к «плановому» 2012 году будут возникать и проблемы. Назовите некоторые, которые предстоит преодолевать участникам «тройки».
— Вы правы. Объективность анализа требует указать не только выгоды, но и проблемы, с которыми столкнутся предприятия и государства — члены ТС. Очевидно, что вместе с формированием общего рынка трёх государств в некоторых отраслях возрастёт конкуренция. Прежде всего это касается химико‑металлургического, агропромышленного и, в меньшей степени, строительного комплекса, а также торговли. Предприятия этих отраслей имеются во всех трёх государствах.
Вместе с тем большинство металлургических предприятий имеет значительную «подушку безопасности» в виде завышенных цен на свою продукцию, злоупотребляя доминирующим положением на своих национальных рынках. По многим позициям металлургической и химической продукции внутренние цены часто превышают мировые. В агропромышленном комплексе во всех трёх государствах основная конкуренция разворачивается с импортом продукции из третьих стран, которая доминирует на рынках крупных городов. В строительстве с созданием ТС возрастёт конкуренция на рынке стройматериалов, важнейшие ниши которого монополизированы крупными компаниями, систематически и существенно завышающими цены на свою продукцию. Во внешней торговле в течение достаточно длительного переходного периода сохранится принцип национального резидентства, что будет препятствовать свободному обращению импортируемых товаров между национальными территориями.
Таким образом, повышение конкуренции на внутреннем рынке ТС для подавляющего большинства отраслей будет несущественным. А в тех отраслях, где это всё же произойдёт, общий экономический эффект будет положительным, так как будет способствовать снижению монополизации рынков и приближению к равновесным ценам.
— В этой плоскости критики ТС указывают также на возможные потери бюджетных доходов вследствие его создания.
— Для того чтобы проверить справедливость этого аргумента, необходимо составить прогноз поступлений от таможенных пошлин. Согласно имеющимся договорённостям, все поступления от взимания импортных пошлин будут распределяться по согласованному макроэкономическому критерию вне зависимости от страны назначения товара. Экспортные пошлины — по стране происхождения, за исключением внутреннего потребления в рамках ТС.
Таким образом, доходы российского бюджета могут уменьшиться, во-первых, вследствие отмены экспортных пошлин на нефть и ряд других товаров, поставляемых в рамках «тройки», главным образом — в Беларусь. Во-вторых, вследствие небольшого снижения ставок импортного тарифа, которое произошло в результате согласования Единого таможенного тарифа ТС. В-третьих, возможно снижение доходов по НДС в случае перераспределения импортных потоков на Единую таможенную территорию через Казахстан, в котором ставка налога на добавленную стоимость в полтора раза ниже, чем в России.
Вместе с тем в отношении перераспределения импортных потоков следует иметь в виду, что во взаимной торговле сохраняется взимание НДС согласно национальным законодательствам. Это означает, что товар, импортированный, к примеру, из третьей страны в Казахстан и ввозимый затем в Россию, вновь подвергнется налогообложению по НДС, что делает эту операцию бессмысленной. Хотя он при этом может получить освобождение от НДС, уплаченного в Казахстане. Ничего, кроме дополнительных издержек по сравнению с прямым импортом в Россию, эта операция не принесёт.
Подводя итог последствий создания Таможенного союза для бюджетных доходов, подсчитаем, что краткосрочная потеря части поступлений по экспортным пошлинам будет с лихвой компенсирована уже в ближайшие два года за счёт расширения налогооблагаемой базы, благодаря росту экономической активности вследствие углубления интеграции.
— Администрирование на периметре Единой таможенной территории тоже вызывает немало вопросов.
— Этот аспект организации и функционирования ТС и впрямь относится к наиболее сложным. Но, с другой стороны, ведь что произошло. Впервые в постсоветской практике государственного управления создан наднациональный орган, которому государства — члены ТС делегировали свои суверенные функции в части проведения внешнеторговой политики. И это в определённой степени облегчает решение задач, хотя опыта работы без оглядки на высшие инстанции у нас в этом смысле пока нет. Но будем учиться, привыкать.
Правовую основу регулирования внешней торговли на единой таможенной территории трёх государств составляет 31 международный договор. 14 из них уже вступили в силу. Функции «рулевого» по их исполнению переданы Комиссии ТС. Ей, в частности, переданы следующие функции:
— ведение единого таможенного тарифа (ЕТТ) и единой товарной номенклатуры внешне-экономической деятельности (TH ВЭД) ТС;
— ведение вопросов предоставления тарифных квот и порядка их распределения;
— формирование и ведение единой системы тарифных преференций и применения тарифных льгот;
— ведение применения единых мер нетарифного регулирования;
— формирование и ведение единого перечня товаров, к которым применяются запреты или ограничения на ввоз или вывоз государствами — участниками ТС в рамках ЕЭС в торговле с третьими странами;
— ведение статистики внешней торговли Таможенного союза.
Фундаментальной же правовой основой функционирования единой таможенной территории является Таможенный кодекс (ТК) ТС. Он был подписан 27 ноября 2009 года в Минске в целях введения его в действие 1 июля года нынешнего. Нормы ТК ТС базируются на положениях Международной конвенции об упрощении и гармонизации таможенных процедур (конвенция Киото). Так что законодательство Таможенного союза формировалось исходя из общепринятых норм международного права, в том числе в соответствии с нормами всемирных торговой и таможенной организаций.
— Пока одни от Таможенного союза «тройки» в скепсисе, тревоге или критиканстве, другие уже запросились в него…
— Да, сигналы такие имеются. Ещё в марте 2009 года Президент Республики Кыргызстан Курманбек Бакиев обратился к Председателю Межгосударственного совета ЕврАзЭС, Президенту Республики Беларусь Александру Лукашенко с просьбой о рассмотрении вопросов об участии Кыргызстана в работе по формированию договорно-правовой базы Таможенного союза и создании рабочей группы с целью анализа всех возможных вариантов участия в нём Бишкека.
В свою очередь, Президент Республики Таджикистан Эмомали Рахмон по итогам Межгоссовета
ЕврАзЭС на уровне глав государств 27 ноября 2009 года в Минске также заявил, что в Душанбе «готовы и впредь активно способствовать интеграционным процессам и осуществлению практических шагов по неуклонному и поэтапному превращению ЕврАзЭС в устойчивую региональную зону экономического роста с меньшими рисками и издержками».
Делать выводы и строить прогнозы по возможному расширению ТС можете сами.
— Нельзя не вспомнить, что когда-то, на заре генерирования идеи о ЕЭП, в этом процессе начинала участвовать и Украина. Все уже говорили и писали о «сердцах четырёх», но после «оранжевой революции» Киев решил отдать своё сердце Европе.
— Так и есть. Украина целенаправленно вышла из процесса формирования ЕЭП, сочтя его противоречащим выбранному руководством этой страны курсу на евроинтеграцию. Мне трудно судить, насколько понимают нынче в Киеве, что, мягко говоря, поспешили с переориентацией. Но очевидно, что в ходе нынешнего кризиса разрушительный эффект этого шага проявился в полной мере. Эффект этот для украинской экономики оказался катастрофическим! Если белорусская экономика, отличающаяся по своим свойствам от украинской в основном худшими климатическими условиями, сумела ограничить спад несколькими процентами, то на Украине он оказался самым большим в СНГ и составил более 20 %, а ряд отраслей обрабатывающей промышленности просто прекратил работу. Очевидно, одной из важнейших причин необратимого падения производства на Украине стал её выход из интеграционных процессов в СНГ и ЕврАзЭС.
Российскую и украинскую экономику отличает очень высокая взаимодополняемость, мы вместе производим значительную часть товаров с высокой добавленной стоимостью. Расчёты по межотраслевому балансу показывают, что в случае если бы Киев стал участником ТС как составной части ЕЭП с Россией, то темпы экономического роста на Украине увеличились бы в два раза. Для России темпы экономического роста в результате формирования ЕЭП с Беларусью, Казахстаном и Украиной увеличиваются, согласно расчётам, в полтора раза.
Замечу, что в цене украинских машиностроительных изделий доля российской комплектации составляет от 30 до 80 %, и следовательно, экономический рост на Украине оказывает мощный положительный эффект и на рост российской экономики. Если говорить об абсолютных цифрах, то, по нашим оценкам, общий прирост валового внутреннего продукта Украины в расчёте на 2015 год за счёт интеграции мог бы составить 17 %, то есть Украина будет иметь ВВП на 17 % больше, чем, находясь вне ТС, при сохранении нынешних отношений. Если говорить в долларовом выражении, то положительный эффект для Украины оценивается в сумме примерно 60 млрд. долларов в год к 2015 году. И наоборот, отказ Киева от участия в интеграционных процессах ЕврАзЭС повлёк ухудшение условий торговли и производственной кооперации.
— Но сейчас на Украине произошла смена лидеров.
— Ну, делать выводы о том, куда и на сколько градусов теперь повернёт украинский корабль, сейчас более чем преждевременно. «Тройке» было бы весьма выгодно, если бы Украина вспомнила, что и она когда-то устремлялась в ЕЭП.
Пока же дополнительная проблема для этой страны заключается в том, что по завершении формирования ТС режим свободной торговли между Россией и Украиной будет пересмотрен — по той простой причине, что Россия прекратит быть субъектом переговоров. Субъектом переговоров станет Таможенный союз в целом. И в случае если наши стороны не договорятся, Украина окажется за пределами отношений свободной торговли с Россией. Это будет означать, что в силу общего принципа недискриминации мы не сможем Украине предлагать никакие товары, включая энергоносители, по ценам ниже цены экспорта наших товаров в Европейский союз.
— Это значит, что пройдёт два-три года и, если в Киеве не одумаются, стране придётся получать газ по европейской цене, так?
— Совершенно верно! И если предположить, что так оно и случится, то нетрудно посчитать, что в этом случае за зоной рентабельности окажутся ведущие отрасли украинской экономики, которые сегодня генерируют максимальную прибыль и являются локомотивами экономического роста на Украине. Это, прежде всего, металлургический, химико‑металлургический комплекс, машиностроение, металлообработка — они являются очень энергоёмкими. Эти отрасли по сложившимся техническим условиям, имея изношенное оборудование, устаревшие фонды, не смогут выдержать конкуренцию с Европейским союзом и другими странами в случае, если придётся платить за энергию по европейской цене. Прекращение работы химико‑металлургического комплекса, который даёт больше трети валютной выручки Украине, повлечёт за собой существенное ухудшение платёжного баланса.
Одновременно с ростом расходов по импорту свёртывание отношений свободной торговли с Россией существенно ухудшит доступ украинских товаров на российский рынок и увеличит издержки кооперации производства, повлечёт существенное снижение конкурентоспособности и экспорта украинской продукции. Это вызовет ухудшение платёжного баланса по украинскому экспорту примерно в два раза, спровоцирует дальнейшую девальвацию гривны и соответствующее падение реальных доходов населения.
Беседу вёл Владимир ЛИДИН-МАЯКОВ
+++
