ЭКОНОМИКА
Берега молочной реки
Россияне весьма слабо осведомлены о возрождении белорусского агропромышленного комплекса
Минувшим летом в Союзном государстве имела место нешуточная «молочная война», как окрестили её СМИ. Она повлекла за собой серьёзные последствия. Между тем, «потери» сторон собственно в «молочной баталии» общими усилиями уже к августу были минимизированы, и эмоциональный ажиотаж вокруг неё удалось свести почти на нет. Более того, сельхозминистерства Белоруссии и России в настоящее время действуют так, чтобы не допустить и «мясной бойни», о возможности которой нет-нет, да и напомнят отдельные эксперты, тем более, что Москва уже провела «разведку боем», приостановив поставки россиянам продукции двух белорусских мясокомбинатов. Но нехороший осадок в душах у граждан той и другой стран остался. Преодолевается он непросто. Тем более, что российское общество, как очевидно, в слабой мере информировано о подходах Минска к решению проблемы, равно как и не осведомлено достаточно о нынешнем уровне развития сельского хозяйства республики. «СГ» восполняет этот пробел, тем более, что поучиться у белорусов явно есть чему.
ЗОЛОТЫЕ ЯЙЦА ОТ УМИРАЮЩЕЙ ПТИЦЕФАБРИКИ
— Спирт?
— Спирт!
Девушка в белом халате, стоящая у дезинфекционного в человеческий рост аппарата, добродушно улыбается: все мужчины невольно начинают поводить носами, поглубже втягивая до боли знакомый запах. Руки надо всунуть в некое темное отверстие, где они моментальным вспрыскиванием увлажняются несколькими граммами С2Н5ОН. Летучая жидкость, едва растёртая по ладоням, испаряется — поэтому-то в данном небольшом помещении санитарного контроля и создаётся «водочная аура». Одновременно с процедурой омовения рук топчешься натянутыми на обувь бахилами в неглубокой ванночке — тоже, наверное, со спиртовым раствором. И только тогда тебя, шуршащего целлофановой накидкой, пропускают в птичьи апартаменты.
Да, мы не в каком-то медицинском учреждении, а на бройлерной фабрике, носящей название «Племптицерепродуктор «Юбилейный». Объект расположен на Гроднинщине вблизи города Скидель, что километрах в 30 от столицы области в сторону России. Правда, самих кур, равно как и цыплят и яйца, увидеть не пришлось — санитарные нормы строжайше запрещают впускать «чужих» в цеха, где появляется на свет, откармливается (в течение 42–44 дней) и несётся птица. Не без удивления довелось также узнать, что, например, и «своим», то есть работникам фабрики, запрещается разводить кур в личных домашних хозяйствах. А вот новенькое оборудование (включая и описанную спиртовую рукомойку), которое вскоре будет осваиваться пернатыми, администрация с гордостью показала.
Еще несколько лет назад эта птицефабрика не просто не соответствовала современным стандартам производства продукции, но была катастрофически убыточной. В 2005 году она пребывала в долгах, как в шелках, — свыше Br15 млрд. ($7 млн.) при производстве птицы чуть более 2 тыс. тонн яиц — 1,9 млн. штук в год. Было принято решение, чтобы это буквально загибающееся унитарное предприятие взяло под своё крыло местное преуспевающее ОАО «Гроднохлебопродукт» (32 тыс. га сельхозугодий, из которых более 20 тыс. га пашни, свои мельницы, элеватор, зерно, крупа, комбикормовый цех, свиноводческий комплекс, благоустроенный агрогородок).
Гендиректор этого небезбедного хозяйства Фёдор Хворик, получив такую «головную боль», стал, тем не менее, не за голову хвататься и бежать от свалившихся на него дополнительных проблем, а деловито двинулся им навстречу. И ныне «Юбилейный» — одно из лучших предприятий в Белоруссии, а в системе «Гроднохлебопродукта» фабрика дает наибольшие доходы. Поголовье «курочек ряб» (поистине несущих золотые яйца) увеличилось впятеро. От них получают в год мяса 20 тыс. тонн (десятикратно улучшенный показатель), яиц — 14,4 млн. штук (увеличение более чем в 7,5 раза). Продукция реализуется, в том числе и через 20 фирменных магазинов холдинга.
Тот конвейер, который нам показали, — лишь часть производственной цепи, которая была полностью обновлена по европейским стандартам. Оборудование в Европе же и закупали. 7 тыс. голов бройлеров в час — таков показатель нового цеха убоя и переработки мяса птицы.
Одновременно на «Юбилейный», где ранее работало полтысячи птичниц и птичников, было принято на работу около 600 человек. Зарплата их за годы переоборудования возросла более чем втрое.
СЫРЫ — РОССИЯНАМ, «ДРУЖБУ» — БЕЛОРУСАМ
Может быть, об упомянутой птицефабрике рассказано излишне детализировано и не без заметного восхищения. Но последнее было трудно преодолеть каждому (даже самому критически настроенному) из двух десятков российским журналистов, посетивших не только данный объект ОАО «Гроднохлебопродукт», но и другие животноводческие, земледельческие и прочие предприятия республики. Посещение состоялось в рамках пресс-тура, организованного Национальным пресс-центром Республики Беларусь.
Дабы не быть голословным, приведу мнение информационного агентства «РИА-Новости»: «Сегодня главное впечатление при знакомстве с агропромышленным комплексом Беларуси — пожалуй, удивление. Удивление, что страна, не имеющая собственных энергоресурсов, в состоянии аккумулировать средства для развития сельскохозяйственной отрасли. Причём не только найти деньги, но и добиться прохождения финансовых потоков непосредственно в село, к производителям. Без потерь, усушек и утрусок… Не менее эффективно и прикрепление убыточных, отстающих хозяйств к передовикам. Эффективно, безусловно, для отстающих — предприятия-доноры волей-неволей вытягивают их на своих плечах». Добавлю — как правило, не только без ущерба для себя, но и с выгодой, и порой немаленькой, в чем лишний раз убеждает судьба того же «Племптицерепродуктора «Юбилейный».
Вот ещё один характерный пример. Гродно, ООО «Молочный мир». Участок переработки сыворотки. Раньше её — либо просто в отходы, либо спаивали телятам. Но это же сколько денег почти на ветер. За немалую сумму закупили у поляков установку по сгущению и нанофильтрации этого «побочного» продукта, образующегося при изготовлении сыра и творога. И стали превращать «ненужную жижу» в сгущённое молоко. Его затем кристаллизуют, высушивают и расфасовывают. Получается сухая сыворотка. Оказывается, в ней очень нуждаются хлебопёки и кондитеры, которые и платить за неё хорошо готовы. И платят! Как рассказал генеральный директор «Молочного мира» Иосиф Шишко, «сегодня за сухой сывороткой в очередь стоят как белорусские предприятия, так и зарубежные потребители». В результате € 300 тыс., которые были потрачены на закупку оборудования, окупились немногим более чем за год.
Или взять зверохозяйства страны. В 2008 году они получили прибыль около Br2 млрд. (порядка $800 тыс.). Копейки, конечно, по меркам даже Белоруссии, но всё же. Причём мех в основном закупали российские фирмы: в самой «пушнинной» России звероводческие предприятия в большинстве своём продолжают пребывать в упадке…
В мясной отрасли — тоже очень хорошо видимые успехи (просто не хочется лишний раз перенапрягать здесь читателя специфической цифирью).
По информации национального Министерства сельского хозяйства и продовольствия (Минсельхозпрода), за последние пять лет большинство белорусских производственных линий по переработке полеводческой и животноводческой продукции были полностью обновлены. При этом приобретались конвейеры лучших фирм — оборудование закупалось в Германии, Голландии, Дании, Италии, Польше, Финляндии, готовились кадры по его обслуживанию. Процесс этот — в развитии.
Результаты описываемой аграрной политики белорусов налицо. Если вернуться к тому же молоку, то в республике при среднем надое от коровы около 5 тонн (это приближение к неплохому европейскому уровню; в России — 4,5 тонны) и ежегодном приросте молока 300–500 тыс. тонн производится 6,3 млн. тонн молока в год. Из них 2,5 млн. тонн идут на внутренний рынок, 2,8 млн. тонн экспортируются в Россию и 1 млн. тонн — избыток. Его тоже надо куда-то девать. Рынки сбыта ищутся и находятся — Египет, Сирия, ОАЭ… Одновременно Минсельхозпрод намерен значительно увеличить производство и ассортимент сыров.
Кстати, в 2008 году выпуск сыра в Белоруссии вырос на 16 % и был доведен до 125,6 тыс. тонн. Качество его за последние пять-шесть лет заметно улучшилось, что было отмечено на многих международных специализированных выставках. Заметили это и российские потребители. К тому же белорусские сыры пусть не на порядок, но всё же заметно дешевле российских. Например, недавно они стали постоянным товаром в небольшом магазине в районе ВВЦ в Москве, где я живу: белорусские сыры продаются по ценам от 185 и не более 202 рублей за килограмм, российские — от 205 рублей. И иной раз самые дешёвые российские проигрывают аналогичным белорусским — даже по внешнему виду заметно. Тут волей-неволей откажешься от поддержки отечественного сыродела, молочника, на защиту которых недавно так рьяно встали некоторые российские чиновники.
Правда, любопытно, что, в свою очередь, глава белорусского Минсельхозпрода Семен Шапиро минувшим летом поведал о следующем: «Я недавно зашёл в магазин «Простор»: на молочных полках процентов 15–20 белорусской продукции, а вся остальная — российская. Например, сырки плавленые типа знаменитой «Дружбы» — вообще все российские, разнообразие их, конечно, не в пример нашим «Дружбам». Я был удивлён. Ведь, по статистике, российской молочной продукции завозится очень мало, а как в магазин зайдёшь — её обилие…»
Кстати, по его же информации, «ответные санитарные кордоны» памятных нескольких недель «молочной войны» на белорусско-российской границе Минск снял, по сути, не успев толком и выставить. Да они, собственно, и выдвигались-то больше от эмоциональности, чем от спокойной оценки ситуации и нахождения верного тона в решении молочной проблемы.
АГРОГОРОДОК, КАК ГОРОД-САД
Что такое белорусский агрогородок (создаются они уже около полутора десятка лет, сдано уже 144, а будет под 200), нам показали на примере деревни Можейково (Лидский район Гродненщины). Здесь, в бывшей усадьбе польских панов, с началом «эпохи батьки Лукашенко» была развёрнута агрофирма, которая, по сути, возродила хиреющее сельское хозяйство района. Все обихожено и обустроено, городок с фонтанами и парками (и такое в агрогородках повсеместно — видел уже не один). Общежитие для молодых специалистов, детсад, великолепная компьютеризированная школа.
Поговорили с директором последней. Александру Владимировичу Кадлубаю всего 27 лет (средний возраст учителей 35–37), а «на директорство сел» и вовсе в 25! По окончании в 2004 году Белгосуниверситета распределился в Лиду, преподавал историю. Был замечен на педагогическом поприще — так за пять лет и сделал столь головокружительную «карьеру». Жена тоже педагог, воспитывают двоих дочерей. Видно, что «молодой, да ранний» директор не отбывает здесь необходимый стаж для дальнейшего какого-то «взлёта», а школу свою числом 193 ученика (было в прошлом учебном году) любит. Классы разные: есть, где под 30 учащихся, а есть, где немногим более десятка. «Боятся директора?» — спрашиваю. «Я не добиваюсь, чтобы меня боялись. Да и ребята здесь замечательные, по‑моему, лучше, чем в Минске и даже в Лиде, не избалованные, не грубые, добрые», — говорит Кадлубай. При школе действуют курсы машинистов-трактористов.
Выпускники в большинстве своём остаются в Можейкове, где проживает 850 человек. Где работать — хватает. Довелось побывать на действительно суперсовременной ферме по промышленному производству молока, расположенной в лесу. Название у неё — не «деревенское», как традиционно водится говорить, а «Новый век», ибо открыта она была в 2000 году. И имени своему более чем соответствует: доильный зал тут — самый мощный в Европе, среднегодовой надой коровы — 7200 кг. Кроме того, животноводы внедряют здесь новую технологию приумножения стада — число тёлочек заметно увеличивается.
Помимо молока в Можейкове занимаются мясом и птицей, зерном и овощами. Здесь пущена в эксплуатацию выпущенная в Лиде предприятием «Лидсельмаш» зерносушилка, способная «согреть» за час 40 тонн зерна. Позже, во время посещения «Лидсельмаша», специалисты мне рассказали, что в настоящее время таких зерносушилок не делают не только в России, но и в других странах СНГ.
В окрестностях Можейкова поднимаются яблочные сады. Им несколько лет, и от одного из них в этом году ожидают первые плоды. Оказывается, выращивать яблоки — дело весьма доходное. А одна из главных хитростей обогащения (не в рваческом смысле этого слова) состоит в том, чтобы построить современные плодохранилища, дабы продукция в них могла сохраняться вплоть до следующего урожая. И можейчане такое хранилище построили. Как пояснил руководитель хозяйства Казимир Рахатко, прибавку к доходам сада дают сухофрукты, производить которые, по его мнению, гораздо выгоднее, чем гнать спирт для виноделия.
ПОЧЕМУ В БЕЛОРУССИИ ХОРОШО РАБОТАЕТСЯ
Года два назад беседовал с генеральным директором одного из стеклозаводов в Гомельской области, в который значительную долю инвестиций вложили австрийцы. Руководитель стеклопроизводства, отвечая на мои вопросы, сказал, что ещё недавно, учась в институте и после него, был в оппозиции к так называемому «режиму» Лукашенко, хотел даже уехать на Запад. Но потом как просветило: «Да, президент наш в чём-то неоднозначный человек, но я ведь живу в своей стране — на что же я трачу свои силы, молодость? Не лучше ли приносить родине конкретное благо сейчас, чем «бороться» за какое-то сомнительное «завтра», когда всё будет отдано на откуп акулам бизнеса?..»
В Белоруссии, что бы ни говорили об «авторитарном режиме» верховной власти, якобы никак не могущей преодолеть «советское наследие», есть и возможности, и площадки для организации и развития бизнеса разных уровней. Например, в Лиде многие из участников пресс-тура были немало удивлены, что ОАО «Лидское пиво» (пожалуй, лучшее пиво в республике, делающееся на артезианской воде, добываемой из 280‑метровой скважины) возглавляет литовец Аудриус Микшис, житель Вильнюса. «Холод да солод, хмель да вода и совесть пивовара — вот всё, что нужно для производства хорошего пива», — смеялся он, лично водя нашу группу по цехам завода. Полностью закрытое современное производство — бродильные кубы да сплошные трубы, даже и запаха пива не слышно (я попросил хоть хмеля дать понюхать).
Общение с Микшисом (ему лет сорок, он хорошо говорит по-русски) убедило в том, что работается ему в Белоруссии весьма комфортно: «Да, тут свои специфические условия предпринимательского хозяйствования, но развиваться, иметь неплохие доходы и увеличивать их вполне возможно». Пришёл он на завод в прошлом году, когда контрольный пакет акций приобрёл финский концерн Olvi, оценивший такой экологический фактор, как вода из глубины земных пластов, на которой варится пенный напиток. Впрочем, помимо пива, предприятие выпускает квас, соки и другие безалкогольные напитки.
Кое-где пиво «Лидское» можно увидеть и в Москве. Аудриус, однако, сожалеет, что, конечно, мощности его завода, увы, не те, чтобы поконкурировать на российском рынке, скажем, с популярной «Балтикой» или украинской «Оболонью»… «Но, возможно, всё ещё впереди», — оптимистично говорит он.
«ВЫ ГНОИТЕ НАЦИОНАЛЬНЫЙ ПРОДУКТ!..»
Но не надо представлять дело белорусского АПК так, будто там все проблемы уже решены либо будут решены «вот-вот». Сегодня средняя зарплата на селе $260 долларов — в то время как в среднем по стране — $350. Специалисты, сопровождавшие нас в туре, сетовали, что идёт процесс старения сельского населения. И даже в наиболее развитой сельскохозяйственной области республики — Гродненской — число деревень год от года сокращается. Причины здесь объективные: сельхозпроизводство разительно, по сравнению даже с предыдущим пятилетием, механизируется, высвобождается масса свободных рук, промышленные объёмы требуют ещё более глубокого переоснащения техникой. Да и сами люди стремятся жить «по‑городскому»…
В июле проводилось совещание по оценке «удара» высокими таможенными пошлинами по импорту овощей в республику. В правительстве давно обсуждается возможность полностью прекратить ввоз из-за рубежа овощей, которые в достаточном объёме производят белорусские аграрии. В этом году импорт этой продукции заметно поуменьшился, но, как заявлял министр торговли Республики Беларусь Валентин Чеканов, учитывая, что хранить выращенные в республике овощи по-прежнему не умеют, вряд ли правительству удастся полностью вытеснить с прилавка «неродной» товар.
Кроме того, наращивание производства собственных овощей не поспевает за темпами модернизации действующих и строительством современных хранилищ, которые бы позволяли сохранять продукцию в надлежащем виде и качестве. Уже в январе выращенные в стране морковь, лук или капуста, в отличие от импортных аналогов, имеют в магазинах далеко не привлекательный для потребителя вид. Именно поэтому, к примеру, несмотря на постоянно высокие пошлины на импортный репчатый лук, ввоз этой продукции в страну не снижается.
Нынешний механизм хранения плодоовощной продукции назвал неэффективным и премьер‑министр Республики Беларусь Сергей Сидорский на заседании Совмина, где рассматривался ход реализации развития овоще- и плодохранилищ на 2006–2010 годы. Особую критику премьера вызвало состояние объектов Белкоопсоюза, основного «хранителя» фруктов и овощей в стране: «Из 180 хранилищ 58 не оснащены никакой системой вентиляции или температурного режима. Все хранилища 60–70‑х годов». «Кто мешает вам строить новые такие объекты, создавать новые хранилища, вводить активную вентиляцию и продавать овощи, которые выращиваются в стране?» — выговаривал Сидорский председателю Белкоопсоюза Владимиру Кулешову и упрекнул последнего в том, что тот «гноит национальный продукт»: «Во всём мире получается, а у вас не получается! Из Африки привозят фрукты, и всё рентабельно, а у нас тут, в Беларуси, вырастить — половина хранения нерентабельна».
Года полтора назад председатель Комитета госконтроля Зенон Ломать возмущался по поводу того, что белорусские томаты дороже импортных. Но тут, как поясняют представители Минсельхозпрода, надо учитывать, что «свои» овощи в зимне-весенний период не могут не дорожать, ибо условия их производства отнюдь не такие, как, допустим, в Испании. В этой стране солнце круглый год, и там помидоры выращиваются постоянно в открытом грунте. А белорусские в межсезонье растут только в теплицах, и «растит» их главным образом электроэнергия. И энергоресурсы в цене килограмма томатов могут составлять до 30 %.
Идёт в Белоруссии и процесс обновления кадров в сельхозотрасли, которые «не доросли» до современных требований в аграрном производстве. Не так давно в республиканских СМИ активно обсуждалась тема увольнения директоров ряда молочных компаний. Мол, под шумок «молочной войны» с Россией решили избавиться от некоторых «неугодных». Глава Минсельхозпрода Семён Шапиро заявил по этому поводу:
— Премьер‑министр никого не снимал, мы давно не в том государстве живём, чтобы почём зря шашкой махать. Мы только показали собраниям акционеров, за что надо снимать. Сами посудите: у предприятия минус 29 % рентабельность, а директору за 60 лет и он не может придумать, как изменить эту ситуацию. Как производили шесть лет назад два вида продукции, так и производят. Или если говорим о международных отношениях, а на предприятии никто не знает английского языка, — разве не надо менять менеджеров? Это нормальный процесс. В России директорам 30–35 лет, старше я не видел…
Игорь ПЛУГАТАРЁВ
Гродно – Можейков – Лида –
Минск – Москва
+++
